Муниципальное учреждение
«Козьмодемьянский культурно-исторический музейный комплекс»

Режим работы

25 сен. с 1200 до 1700 музей закрыт на сан. обработку помещений
ПН-ВС с 830 до 1700.

Обратная связь

Нажмите на изображение, чтобы его изменить

Яндекс.Метрика

Ветлужский речной торговый путь конца ХIХ - начала ХХ веков

к 100-летию Республики Марий Эл

Ветлуга - река в центре Европейской части России, большой левый приток Волги. Протекает по территории Кировской (163 км), Костромской (298 км) и Нижегородской (323 км) областей и республики Марий Эл (105 км). В систему Ветлуги в пределах Нижегородской области, входит 103 реки и речки. Входя в состав Волжского бассейна, Ветлуга, как по протяжению, так и по количеству несомой воды, а также по экономическому значению, занимает пятое место среди остальных притоков Волжской речной системы.
Наибольшая часть Приветлужского края покрыта лесом. Господствующими породами леса во всем крае являлись хвойные насаждения (ель и сосна); лиственный лес (береза, осина, ива ) встречались значительно реже.
Вся жизнь населения была связана с лесом, который занимал 80% всей площади уезда. Лесной промысел кормил не одно поколение ветлужан. Древесный уголь, деготь, мед, меха, мочальные и бондарные изделия пользовались большим спросом.
Одновременно с этим развивались ремесла, гончарное и плотницкое дело. Развитию торговли способствовали ежегодные ярмарки: Благовещенская и Фроловская, проходившие весной и осенью, на которые съезжались купцы с Волги, Вятки и даже Дона.
В Приветлужском крае развита исключительно постройка сплавных судов, белян, баржей, подчалок.
Что такое беляны, немногие ответят на этот вопрос. А ведь 100 лет назад эти гигантские корабли плавали по Волге и Ветлуге. Беляны, пожалуй, самые уникальные речные суда на свете. По некоторым данным, существовали беляны длиной до 120 метров. Высота борта могла достигать 6 метров.
В конце ХIХ века каждую весну, как только Ветлуга вскрывалась ото льда, жители прибрежных деревень зачарованно провожали взглядом величественные белоснежные сооружения, медленно проходившие по реке.
Величали их «белянами» — белые значит. В отличие от плотов они грузились только обработанным, «белым» лесом — оттого считались более ценными и дорогими.
Есть мнение, что начало судостроительному промыслу было положено в XVII веке, когда после Стрелецкого бунта 1698 года на Ветлугу и ее приток Усту были сосланы семьи стрельцов, а также провинившихся корабельных мастеров. Разновидностей речных судов в свое время было великое множество: гусянки, подчалки, полулодки, паромы, барки. Судостроительное дело считалось престижным и прибыльным: река была самым быстрым и дешевым способом транспортировки пассажиров и грузов. В зависимости от особенностей реки на ней пользовались популярностью определенные виды судов.
Ветлуга прославилась белянами. Их строили только на трех судоверфях, одна из которых была Баковской.
Красивое это было зрелище — идущая по синим ветлужским водам величественная беляна. Не каждый, наверное, задумывался над тем, ценой какого неимоверного труда создавалась эта красота. Труд сплавщиков можно было сравнить с каторжным, с той лишь разницей, что каторга — это труд подневольный.
Грузоподъемность белян соответствовала их размерам и могла быть 100−150 тысяч пудов у небольших белян, а вот у больших она доходила до 800 тысяч пудов.
Рубить лес рабочие отправлялись артельно, захватив с собой из дома продовольствие. Жили в лесу по три-четыре месяца не бывая дома, довольствуясь скудным и однообразным питанием, ночуя в маленьких избушках - зимницах, которые плохо удерживали тепло.
Срубленный лес надо было стащить к сплавной речке притоку Ветлуги. Здесь бревна связывали в звенья и, когда начиналось половодье гнали к Ветлуге до устья сплавной речки. Делалось это с применением длинных шестов, которыми оттаскивали связанные бревна от берегов, чтобы не было затора.
Несмотря на то, что работа бурлака была очень опасной, угрожающей иногда потерей здоровья и даже гибелью, люди шли сюда, так как работа эта была хотя и скудным, но подспорьем в крестьянской жизни. Женщины тоже работали на белянах, но их труд оплачивался гораздо ниже.
Лес в беляне укладывался особым способом - ровными рядами с широкими проемами, чтобы в случае аварии можно было быстро добраться до места поломки. Кроме того, правильно уложенные бревна быстрее подсыхали, что сохраняло их от гниения.
Известно, что на постройку одной средней волжской беляны уходило около 240 сосновых бревен и 200 еловых. При этом плоское дно делалось из еловых брусьев, а борта - из сосны. Расстояние между шпангоутами - поперечное ребро корпуса судна не более полуметра из-за чего прочность корпуса беляны была исключительно велика. При этом очень часто строились беляны вначале без единого гвоздя, и только уже впоследствии их начали сколачивать железными гвоздями.
Но самым интересным в беляне был ее груз - «белый лес», то есть лишенные коры бело-желтые бревна. Считается, что из-за этого так ее и назвали, хотя есть и другая точка зрения, будто бы слово «беляна» связано с рекой Белой. В любом случае все беляны были всегда белыми, поскольку служили эти суда всего-навсего одну навигацию и потому никогда не смолились.
А вот грузили беляны так, как не грузили и не грузят ни одно судно в мире, о чем свидетельствовала даже такая вот пословица: «Разберешь беляну одними руками, не соберешь беляны всеми городами». Происходило это оттого, что лес укладывался в беляну не просто штабелем, а штабелем со многими пролетами, чтобы иметь доступ к ее днищу на случай течи. При этом груз бортов не касался и не давил на них. Но так как при этом на них давила забортная вода, то между грузом и бортами вставляли особые клинья, которые по мере усыхания заменялись все большими и большими по размеру.
При этом, как только лес начинал превышать по высоте борта беляны, бревна начинали укладывать так, чтобы они выступали за борта, а на них укладывали новый груз. Такие выступы назывались роспуски или разносы, и их надо было уметь расположить так, чтобы не нарушить равновесие судна. При этом роспуски иногда выступали за борт на четыре и более метров в стороны, так что ширина судна по верху оказывалась значительно больше, чем по низу, и достигала у некоторых белян 30 метров.
Корпус беляны был заострен как спереди, так и сзади, а управляли ею при помощи огромного руля - лота, имевшего вид самых настоящих дощатых ворот. Он поворачивался при помощи огромного длинного бревна, выведенного от кормы на палубу. Из-за этого лота, беляна и сплавлялась вниз по реке не носом, а кормой. Время от времени пошевеливая огромным лотом словно ленивый кит хвостом, она плыла так по течению но несмотря на всю свою неуклюжесть обладала прекрасной маневренностью. Кроме лота на беляне имелись большие и малые якоря весом от 20 до 100 пудов, а также великое множество самых различных канатов, пеньковых и мочальных.
Интересно, что и палуба беляны тоже представляла собой не что иное как груз а настилалась либо из теса, либо из пиленых досок и была настолько велика, что походила на палубу современного авианосца. На ней ставили ворота для подъема больших якорей и натяжения удерживающих лот канатов. А вот ближе к корме на беляне ради равновесия устанавливали по две небольшие избушки «казенки», служившие местом обитания команды судна. Между крышами избушек перекидывался высокий поперечный мостик с резной будкой посредине, в которой находился лоцман.
При этом будка вся покрывалась резьбой, а иной раз даже красилась краской «под золото». Хотя судно это и было сугубо функциональным, беляны тем не менее богато украшались флагами причем не только государственными и торговыми, но также и собственными флагами того или иного купца, изображавшими чаще всего благословляющих святых или подходящие по случаю символы. Флаги эти иной раз были настолько велики, что развевались над белянами словно паруса. Но с тратами на них обычно купцы не считались, поскольку тут главным делом было о себе заявить.
Рабочих на беляне было от 15 до 35 человек, а на самых больших — от 60 до 80. Многие из них работали на помпах, которые откачивали воду из корпуса причем таких помп было 10−12 штук поскольку корпус беляны всегда понемногу протекал. Из-за этого беляну грузили так, чтобы нос ее погружался в воду глубже, чем корма и вся вода стекала туда.
Особого расцвета строительство белян достигло в середине XIX века в связи с началом массового пароходного движения. Поскольку пароходы в то время ходили на дровах, то нетрудно представить, какое огромное количество леса требовал весь этот флот.
Дрова завозились в волжские порты исключительно на белянах, и только постепенно в связи с переходом на нефть спрос на дрова на Волге упал. Тем не менее, даже в конце XIX века их здесь продолжали строить до 150 штук ежегодно и, загрузив лесом, сплавляли вниз по реке вплоть до Астрахани.
Затем эти уникальные суда разбирались, да так, что от них в буквальном смысле ничего не оставалось. «Казенки» продавались как готовые избы, лес шел на строительный материал, пенька, рогожи и канаты, не говоря уже про крепеж - абсолютно все приносило доход владельцам белян. Только лишь небольшие беляны, нагрузившись в Астрахани рыбой, шли назад, влекомые бурлаками. Однако потом их тоже разбирали и продавали на дрова. Держать беляну на плаву дольше одного сезона оказывалось невыгодно.
Литература:
Рыжов Л.В. Ветлуга в предреволюционные годы. //№117.29.09.1987 г.
Разуваев П. Уголок России. Ветлуга.// Горьковская правда.12.07.1989 г.С.4.
Халиков Л.Х., Безухова Е.А. Материалы древней истории Поветлужья: архелогические исследования в Ветлужском районе Горьковской области. г.Горький,1960 г.

Эксперт по изучению и популяризации
объектов культурного наследия
Давыдова Н.В.

belyana