Муниципальное учреждение
«Козьмодемьянский культурно-исторический музейный комплекс»

Режим работы

ВТ-ВС с 830 до 1700.
ПН–выходной день.

Главное меню

Музейные программы

Обратная связь

Нажмите на изображение, чтобы его изменить

Яндекс.Метрика

«...Тяжело нам досталась победа...»

 

Накануне празднования 70-летней годовщины победы в Великой Отечественной войне хочется вновь вспомнить простых советских граждан с непростой судьбой, тех, кому на долю выпало пережить те страшные годы. Подлинные письма, воспоминания хранятся в фондах Козьмодемьянского музейного комплекса и являются неоценимыми документами в познании тех лет. Искренние чувства и переживания, тревоги и надежды до сих пор волнами исходят от строчек фронтовиков.

В данной статье представлены воспоминания о Великой Отечественной войне Николаева Василия Степановича, уроженца Горномарийского района. Им было написано письмо старшему научному сотруднику Горномарийского краеведческого музея им. А.В. Григорьева, Виноградовой Лие Михайловне.

 

NikolayevVS1973
Николаев В.С. 1973 год

«Здравствуйте, уважаемая Лия Михайловна!

Поздравляю вас с прошедшим международным праздником 8 Марта и Международным женским 1975 годом — годом женщины!!! - Желаю вам отличного здоровья, успехов в работе вашей научной на благо нашей Родины!

Лия Михайловна, получил ваше письмо и очень тронут вашим вниманием, ведь таких, как я, миллионы, и все, как один, во время Великой Отечественной войны горели одним желанием — победить врага! - не жалея ни крови и ни жизни ради будущих поколений.

Да, не раз приходилось смотреть смерти в глаза и хлебнуть повседневные невзгоды во время Великой Отечественной войны, но беда в том, что просто не умею изложить так, как действительно тяжело нам досталась победа, а поэтому, Лия Михайловна, заранее прошу извинений, но все же кратко постараюсь сообщить о себе: Николаев Василий Степанович, 27/XII — 1918 года рождения, из крестьян, уроженец деревни Сарапаево, Емешевского сельсовета, Горномарийского района, Марийской АССР, по национальности мариец. В 1935 году окончил 6-й класс Пертнурской НСШ, с 12-ти лет работал в единоличном хозяйстве отца, с 15-ти лет работал в колхозе «Прожектор», был членом ВЛКСМ.

В ноябре 1939 года был призван в Советскую Армию и служил в Приволжском военном округе в городе Ульяновске. За 10 дней до начала нападения гитлеровской Германии на нашу Родину, в числе 97 стрелкового полка, 18 стрелковой дивизии, погрузились в эшелон и выехали на «маневры», которые якобы должны состояться на территории Белоруссии, во взаимодействии частей Белорусского военного округа. Но вместо учения, мы под городом Гомелем приняли «боевое крещение» уже на третий день после нападения немцев на нас. В первые дни фашисты все время шли на нас в психическую атаку, а их стервятники — самолёты беспрестанно бомбили, в некоторые дни производили по 10-12 самолетовылетов на нашу линию обороны. Потери наши были неисчислимы. Но, несмотря на это, мы отстаивали каждую пядь земли — свои позиции, и многие-многие сотни гитлеровцев заслуженно поплатились своими жизнями. Однако силы наши были неравными, чувствовалось в то время малозначительность нашей авиации и танков. В результате мы были вынуждены с боями временно отступать до Днепра вблизи города Дорогобужа, где вновь заняли оборону.

Перед началом войны и во время отступления был командиром отделения. С сентября 1941 года по февраль 1942 года был помощником командира взвода и командиром взвода разведки 88-отдельной развед. роты 19-й стр. дивизии Западного фронта.

Мне часто приходилось во главе десяти, а иногда и двенадцати человек, идти в разведку в тыл противника, передовых частей фашистов, в ночное время, с целью установления огневых точек, имеется ввиду орудий, минометов и доставании «языка», т. е. немца - живого фашиста, на расстоянии километров 3-5, по лесным массивам, ориентируясь под частую только по карте и по компасу.

Вот мне хорошо помнится, да и не забывается случай, когда мы находились вблизи с. Ершова за городом Звенигородом под Москвой. В селе Ершово находились немцы, а наши в то время занимали оборону за Звенигородом на опушке леса. В конце ноября месяца 1941 года, перед самым декабрьским наступлением наших войск под Москвой, мне в числе десяти человек было приказано во чтобы то ни стало достать «языка» и мы в темную ночь, пробравшись по глубокому снегу за село Ершово, возле самой деревни Фуньково, внезапно напали со стороны леса на орудийный расчет в землянке, предварительно сняв постового - закутанного от холода, где четыре фашиста были уничтожены на месте, орудие взорвали противотанковой гранатой, а пятого немца захватили с собой в качестве «языка». Остальные немцы, услышав шум, тоже подхватились, но уже было поздно, мы в считанные секунды были обратно в лесу, уже возвращались под шум ветра - снежной пурги и разрывов их мин, посланных вдогонку за нами, но не прицельных. Мы до своих добрались благополучно, если не считать двух раненых солдат.

За отличные и неоднократные выполнения приказов командования как перед наступлением, так и во время декабрьского 1941 года наступления под Москвой, все члены группы разведчиков в декабре месяце 1941 года были представлены к правительственной награде. Я был также удостоен правительственной награды, орденом «Красного Знамени», который уже получил в начале 1942 года ( а надо сказать, что в начале войны мало ещё отмечали подвиги солдат).

С марта по май 1942 года ран. больной, находился в эвакогоспитале № 4632 города Москвы.

С июня по декабрь 1942 года был слушателем курсов усовершенствования командного состава Западного фронта.

С января по сентябрь 1943 года — командир роты автоматчиков 37-го стрелкового полка, 12-ой гвардейской стрелковой дивизии Брянского фронта, участник битвы Орловско — Курской дуги.

С октября по ноябрь — ран. больной, эвакогоспиталь № 2405.

С декабря 1943 по март 1944 г.г. - командир стрелковой роты 65-го стрелкового полка, 22-ой гвардейской стрелковой дивизии, 2-го Прибалтийского фронта, с званием старшего лейтенанта. Последний раз был ранен за железнодорожной станцией Пустошка, во время наступления, и после этого не приходилось быть на передовой. Как тяжело раненый больной был эвакуирован в глубокий тыл в село Кожла — Сола Марийской АССР, эвакогоспиталь № 3071, где пролежал с апреля по август 1944 года. По излечении, как ограниченно годный 1-й степени, был направлен в Ширингушский РВК Мордовской АССР, работал по 1946 год в офицерской должности.

С 1947 года по 1974 год работал в органах милиции в городе Киеве, ушел в отставку — на пенсии с званием майора милиции и в данное время работаю старшим инспектором в спец. части в одном из предприятий города Киева.

Член КПСС с 1945 года, имею медали: за боевые заслуги, за оборону Москвы и другие, всего 8 медалей.

Семья моя состоит из 3-х человек, жены и сына студента 4-го курса пединститута. Отец, Николаев Степан Николаевич, умер ещё в 1936 году, мать, Николаева Пелагея Петровна, умерла в 1974 году. Сестра, Суворова Глафира Степанова, муж которой погиб ещё в 1941 году, работала в колхозе «Правда» и являлась знатной колхозницей, уже 5 лет пенсионерка, проживает там же в деревне Сарапаево.

NikolayevVS1945
Николаев В.С. 1945 год

На первый случай вышлю Вам 2 фотокарточки; первая фотокарточка в звании старшего лейтенанта, сфотографировался в 1945 году, месяц не помню; а второе фото 1973 года, уже будучи в органах милиции. Желательно, чтобы чтобы первую фотокарточку возвратили мне, так как она у меня последняя.

Вот мундир: китель и брюки под сапоги защитного цвета, вернее зеленого цвета, сохранились в отличном состоянии. Я их сохранил действительно как реликвии и смогу послать посылкой, если подтвердите необходимость в ответном письме. Другие вещи вроде и не сохранились. Документов тоже лишних нет. Вот, пожалуй, кратко все, что хотел сообщить на ваше письмо.

С приветом к вам, ветеран Великой Отечественной войны Николаев В.С.

11 марта 1975 года. Николаев.»


Подготовила: Лукьянова Е.В.